FB
VK
Google
Twitter
Откровения
Одно из самых плодородных мест Тибета, расположенное между Индией и Китаем. Здесь смешались две культуры, создав свой собственный облик, манящий туристов со всего мира. Непривычная культура, кому-то кажущаяся скромной, кому-то примитивной, кому-то и вовсе дикой, кастовая система, многообразие религий и бесконечные горы, в которые едут все, мечтающие летать.
| Автор | Пост |
|---|
Младший мастер  | Тренировка снова далась намного тяжелее, чем ожидал Сонгцэн. В мышцах и дыхании не хватало сил, и огненное ката выматывало так, что на второй попытке хотелось лечь на землю, закрыть глаза и просто ждать, когда вернутся силы. Сонгцэна бесило такое состояние, и он снова злился, что не мог сейчас быть рядом с Яшви. Она уехала, потому что ей было плохо. Он не имел права на неё обижаться, жалея себя из-за этой слабости. Если бы он мог уехать из клана, он бы даже в таком состоянии сорвался с места, чтобы попасть в Монголию. Накануне от Лис пришло письмо, явно отправленное до того, как к ним приехала Яшви - приглашение для них двоих на свадьбу Номинжин с неким Есугэем из клана Медведей. Это было хорошим поводом сорваться из Покхары, но пока Сато не был найден, Сонгцэн понимал, что не имел права покидать резиденцию клана. Мать уехала к Тиграм и собиралась вернуться только завтра. Сонгцэн знал только один способ хоть что-то сделать, чтобы ускорить поиски - он отправился в покои родителей, надеясь застать там отца. После тренировки он переоделся и принял душ, поэтому выглядел уже не так паршиво, как полчаса назад. Он постучал в тяжелую деревянную дверь. - Пап, ты там? - спросил Сонгцэн. A coat of gold, a coat of red A lion still has claws And mine are long and sharp, my Lord As long and sharp as yours |
Обитатель  | После возвращения в клан, не было ни дня, чтобы Кэйлаш и Радж не пытались найти хоть какую-то информации об этом загадочном Сато. Будто кто-то намеренно продолжал скрываться у Кангрибоче, понимая, что следа мокрого от него не останется, если он оттуда покажет свой нос. Из-за этого Радж был буквально ослеплен магией связанной горы и не мог никак найти ту самую нить, которая по цепочке дальше привела бы к заказчику. Мужчина минут пятнадцать назад вернулся в свои покои, чтобы немного поразмыслить над тем, что же они упускают из вида, что могло бы помочь в поисках этого Сато. Аспид спокойно заваривал чай, скорее механически, потому что мысленно был в деревне у Кайласа и пытался найти нужный дом или нужные лица. - Заходи, - голос сына вывел старшего принца из этого состояния. Сонгцэн все еще не восстановился после тех травм, что он получил у священной горы - ему не хватало сил и энергии, будто емкость его внутренней батареи резко уменьшилась до заводских настроек, когда как он успел ее раскачать до профессионального, мастерского, уровня. - Будешь чай? - аспид жестом пригласил молодого человека присоединиться. |
Младший мастер | Сонгцэн услышал голос отца и зашел в комнату, закрыв за собой дверь. Он поклонился старшему принцу, затем сел за стол напротив него. - Да, буду, - кивнул он на предложение о чае. После тренировки хотелось пить, и предложение оказалось очень кстати. Отец всегда готовил очень вкусный чай, а то, как он обращался с чайной посудой. аккуратно и неторопливо, завораживало и успокаивало. - Я хотел поговорить с тобой о поисках Сато. Что-то удалось о нем узнать? - прямо спросил Сонгцэн. Он считал, что его могли не держать в курсе дел, пока это не касалось его возможности покинуть клан. Поисками занимались мать и Радж, опытные прорицатели, но, возможно, кто-то еще собирал информацию об этих японцах. Сонгцэн ненавидел их трижды: за то, как с ним обращались в плену. За то, что ему пришлось вынесли, пока он восстанавливался после падения. И, конечно, за то, что сейчас он не мог отправиться следом за Яшви, даже не зная, что она думала сейчас об их отношениях. A coat of gold, a coat of red A lion still has claws And mine are long and sharp, my Lord As long and sharp as yours |
Обитатель | Кто-то предпочитает медитации, кто-то любит избивать макивару до потери пульса, еще, говорят, в современном мире увлекаются йогой и пилатесом. Наследный принц Королевских Кобр в любой сложно или даже обычной ситуации отдает предпочтение чаю. Чайная церемония в его представлении - прекраснейший инструмент для упорядочивания мыслей, взятия под контроль эмоций и просто очень приятное медитативное занятие. - Он прячется от взора прорицателей около Кангрибоче, - мужчина взял чашку, которая предназначалась для сына, и наполнил ее кипятком, чтобы температура изящной керамики не мешала в будущем напитку раскрыться в полной мере. - Я склонен думать, что Сато, в целях безопасности, не задерживается долго на одном месте, чтобы вдруг не быть найденным - меняет постоялые дворы. Но это деревня, и там довольно быстро замечают странных чужаков. - Кэйлаш вылил горячую воду из чашки сына, после чего наполнил ее чаем, который он заварил перед тем, как тот постучал в дверь. - Но стоит отметить, что большинство паломников, которые там бывают, странные. |
Младший мастер | Ни Радж, ни мама не могли использовать прорицания, чтобы увидеть то, что происходило у Кангринбоче. Яшви вели духи, но Сонгцэн считал, что цена за их информацию была слишком высокой. И Яшви здесь не было. Он взял чашку двумя руками и поставил её ближе к себе, посмотрев на то, как от горячего напитка поднимался ароматный пар. - Те, что помогли мне, тоже были странными, но я обязан им жизнью, - сказал Сонгцэн. Они, возможно, не понимали, чем рисковали, пряча его от японцев. Но они делились своей едой, спальниками и местами в палатке, просто потому что хотели ему помочь. Сонгцэн не знал, что они поняли из всего, что видели, но был уверен, что отец найдет способ отблагодарить их за помощь. - Я подумал, что в моих воспоминаниях может быть что-то, что поможет в поисках. У хозяина постоялого двора, где я останавливался перед тем, как меня похитили, была та же фамилия. что и у ханьца, который был с Сато. Может быть было еще что-то, что поможет, - сказал Сонгцэн. Ему очень не хотелось, чтобы отец видел то, что с ним происходило в плену, особенно саму встречу с Сато. Но если такой была цена за то, чтобы быстрее увидеть Яшви, Сонгцэн был на это готов. A coat of gold, a coat of red A lion still has claws And mine are long and sharp, my Lord As long and sharp as yours |
